Момент истины: валить больше некуда. И главное – незачем
До Олимпиады или после встанет вопрос: каковы долгосрочные цели России? С кем мы? Куда мы идем, помимо "неуклонного повышения благосостояния и потребления"? Кто мы? В рамках какой системы координат мы существуем? Что для нас главное, чем мы не можем поступиться? Кого государство наше намерено поддерживать, а кого «тащить и не пущать»?
«Возникают ощущения, что некоторое повышение нервозности в диалоге о будущем нашего континента не в последнюю очередь связано с тем, что практическая политика рано или поздно должна была упереться в нерешенность базовых вопросов, касающихся долгосрочных целей развития отношений между двумя ведущими игроками на европейском пространстве - Россией и ЕС, - отметил Сергей Лавров, выступая на Мюнхенской конференции по безопасности. - Видимо, бесконечно затягивать состояние неопределенности не получается…



Просоветские и либеральные авторы любят расписывать ужасы жизни в русской деревне, при этом по умолчанию считается, что в сельской местности других стран жили иначе. «В то время, как русские баре заставляли крепостных крестьянок кормить щенков борзых своим молоком, французские крестьяне переводили Овидия в перерывах между работами и ездили на шоппинг в Милан». Чтобы ликвидировать эту фигуру умолчания («Понятно же, что там Европа! Цивилизация! Без ужасов кровавого царизма!»), мы специально перевели главу из известного труда с говорящим названием Peasants into Frenchmen: The Modernization of Rural France, 1870-1914, который вы целиком можете приобрести в