foto1
История Руси и Человечества
foto1
Пробуждение Сознания
foto1
Реальные Знания
foto1
Закономерность и безконечность жизни
foto1
Звёздное прошлое Человечества

Культура

УРы были учителями Русов на протяжении многих тысяч лет. Поэтому КультУРа – это явно не то, к чему нас сейчас приучают паразиты. Настоящая Культура – это не развлечение! Это постоянное стремление к Знанию, постоянное творение, постоянное повышение уровня своего эволюционного развития практическими действиями, продиктованными стремлением Души, Долгом, Любовью, Честью и Совестью…

 

Пустота или постсоветский кинематограф

Постсоветский кинематографДвадцать два года прошло с того момента, как Генеральный секретарь ЦК КПСС, и президент СССР М.С. Горбачёв разыграл ГКЧП, чтобы разгромить КПСС, и двадцать лет, как президент РСФСР Ельцин во имя демократии расстрелял представителей этой самой демократии, - парламент. Срок более чем достаточный для оценки творческого потенциала буржуазного постсоветского кинематографа. И ситуация, надо сказать, не утешительная. Сколько шедевров было снято с тех пор, какие новые течения породили минувшие годы?
      Прежде всего, с расстрелом парламента, а, скорее всего ещё раньше, из отечественного кинематографа ушла самобытность.

Отечественные говноделы: Михалковы, Германы, Валерки Тодоровские, начали угощать нас перепевками Голливуда, вторичным продуктом столетних клише, несмотрибельными уже в оригинале. Вытирание из искусства социально-политических проблем, - родимое пятно буржуазного искусства, - ставящее суровые рамки творческой свободе, замыкает её в мышеловке тупых комедий, вампирско-мистического бреда, и дурацких драк с перестрелками, до блевотины надоевших ещё двадцать лет назад. Действительно великие отечественные фильмы за этот период можно пересчитать на пальцах одной руки. Говноделы из союза кинематографистов решили полностью отвергнуть всё советское, предать его анафеме, растоптать, помочиться, ничего кроме голливудских штампов не предложив взамен. Они лишили души свои, с позволения сказать, творения. Что вы слышали о современном творчестве в прошлом мэтров, Рязанова, Михалкова, Захарова, Говорухина, Соловьёва, Мотыля, Козакова? Они сняли уже кучу фильмов, многие из которых мы видели, но почему они не оставили в нашей памяти никакого следа?   
      Постсоветский кинематограф за редким исключением просто тупой, то есть не интересный. С первых кадров мы уже знаем, если не чем кончится фильм, то, как будет развиваться действие, поскольку тень, которой является современный российский кинематограф, всегда повторяет очертания оригинала, - Голливуда, но бледно, и плоско. Говноделам почему-то кажется, что фильм будет иметь тем больший успех, чем точнее он соответствует голливудским клише. Но зачем нам, зрителям, пережевывать кем-то не дожёванное, тем более, если у нас есть великий советский кинематограф?
      Все они, «в пошлом мэтры», на каком-то этапе совершили предательство, и лишились творческого потенциала. Рязанов сварганил хвалебный фильм о кровавом Ельцине, расстрелявшем Парламент, Михалков начал пинать смердов по лицу ногами, безнаказанно грабить Ульяновскую область, снимать пасквили на СССР, Валерка Тодоровский лжёт на комсомол, Говорухин лижет зад Путлеру. Нельзя быть сволочью и великим художником одновременно. Можно быть сволочью, которая делает благородный вид, - сволочь неспособна творить.                

*   *   *

      Артист, игравший несгибаемых коммунистов и потрясавший высокой героикой образов, теперь кривляется в роли уголовника, изрыгающего на каждом шагу мат. Поэт, писавший «комсомольские стихи», теперь несёт сплошную антисоветчину и врёт, как он страдал при коммунистах. (Такими «страдальцами» от Советской власти оказалась сплошь вся эта публика). «Что ж вы, властители дум? Зачем вы так низко пали?» - недоумевал потрясённый крушением своих авторитетов зритель.
      В оправдание данной категории лиц скажем, что никакие они не властители дум и не нравственные образцы. Таковыми их делало восприятие советского общества. Общество умное и духовное, оно ставило на пьедестал тех, кто умел пробудить «дум высокое стремленье». А сами по себе они просто лицедеи, просто жидкость, принимающая форму сосуда. Сменился сосуд, сменились вкусы заказчика – они и растеклись лужей насчёт своих «страданий», своего «свободолюбия» и диссидентства. Хотя одна идейка у них всё же имеется. Такая же, как и у их нынешних хозяев из буржуазного класса, - алчность.
      Их разложение шло по мере перерождения отряда советских управленцев и превращения его в новую буржуазию. На этом этапе всплыла память о предшественниках, дореволюционной буржуазной интеллигенции, неплохо получавшей с барского стола. Один из носителей такой идеологии, литературный критик В. Акимов, в своей книге «На ветрах времени» (1991 год) отзывается о советской эпохе, как эпохе «растраченных сил и культурного одичания». Казалось бы, что такое несёт сей критик? Какое одичание, если десятки миллионов людей были подняты революцией к просвещению и культуре? Если мужик, как мечтал великий поэт-гражданин Некрасов, понёс в свой дом Пушкина и Гоголя.
      Но критик знает, о чём он толкует. О доходах дореволюционной российской интеллигенции, получавшихся вследствие её монополии на знания и образование. О сравнительно высоких по той же причине (образование зависит от размера кошелька) доходах интеллигенции на Западе; предмет зависти и вожделения. Ну, а поскольку Октябрьская революция с монополией грамотеев покончила и сделала образование общедоступным, она такой интеллигенцией предаётся анафеме и объявляется «насильственным и некомпетентным вторжением в тысячелетиями отлаженный механизм жизни». Такая интеллигенция долго занимается идеологической подготовкой контрреволюции, а при достигнутой «смене вех» радостно меняет требуемое советским обществом служение народу на служение денежному мешку, ожидая для себя ощутимых материальных выгод. А вы говорите, властители дум! Это самая что ни на есть низменная и презренная шантрапа.
      Главное занятие шантрапы в условиях победившей контрреволюции – лгать на Советскую власть и социализм. Подобно секретарю ЦК А. Яковлеву, хваставшему, что он с 1972 года разрушал Советский Союз, они тоже кичатся тем, что давно гадят. На книжной выставке 2012 года в Лондоне представлявший Россию писатель Андрей Битов жаловался, что писать стало трудно; то ли дело прежде, когда всё годилось для «расшатывания империи зла».
      Другой предмет гордости – они всегда шли наперекор всему советскому и бросали смелый вызов властям. Если вспомнят Василия Шукшина, то не преминут заметить, что он не расставался с иконой. Поэтессу Беллу Ахмадулину хоронят под разглагольствования, что она была «совершенно несоветской». Балерине Майе Плисецкой подарили стандартную биографию творческой личности в суровое советское время: отца расстреляли, сама боролась с советскими властями, выходя в платьях «от Кардена». (Ай-яа-яй, до чего ж титаническая борьба!). Про любимца этой закатывающей глаза при его имени публики, Иосифа Бродского, и говорить нечего. Советская власть объявила его тунеядцем и зверски сослала в Архангельскую область, но истинные ценители искусства из США открыли в нём «великого поэта». А чего не открыть, если можно использовать эту лошадку в антисоветской пропаганде?
      За таким враньём шантрапы стоит пакостная цель – внушить молодым поколениям, что социализм в принципе враждебен творчеству и всякой индивидуальности. Ещё более пакостно выглядят попытки шантрапы представить себя этакими ревнителями истины, нравственного императива, а потому неустанно разоблачающими «преступления сталинизма». Чтобы, дескать, воспитывать молодёжь на одной святой правде.
      Негодяи без чести и совести рыщут в поисках чёрных пятен в единственном времени, когда наш народ жил по законам человеческим, а не звериным. Рыщут на фоне настоящего погрома в культуре и образовании, учинённого их хозяевами, буржуазией. На фоне того, что даже по официальным данным ежегодно читающих в России становится на 2% меньше. (А населения вообще тоже всё меньше; последняя перепись констатировала – нас минус 2 миллиона). На фоне появления «шедевров» типа фильма «Противостояние» путинского режиссёра Н. Михалкова, имеющих целью вывалять в грязи страну и народ. (Михалков хотел вызвать ужас и своего добился; ужасно сознавать, до чего докатился отечественный кинематограф). На фоне появления в культуре и искусстве той поросли, которой открыла дорогу шантрапа. Кривляющихся, паясничающих, рекламирующих пиццу и собственные зады.
      Шантрапа потому так хочет уничтожить всё советское, что оно служит постоянным укором её собственной подлости. Один из ёё видных представителей, худрук театра «Ленком» Марк Захаров, провозгласил даже на страницах «Новой газеты»: «Исчезли, я надеюсь навсегда, пятиконечные звезды».[1]

*   *   *

      Никита Михалков рассказал журналистам о своих творческих планах.[2] Крепостное право - это мудрость народа и патриотизм, - Михалков рад, что Путин возрождает историческую память. По словам режиссера, он планирует снять исторический фильм о крепостном праве, на что из бюджета уже выделено триста миллионов рублей… "Большевики сделали вещь страшную; они стерли из памяти народа наше культурное наследие, воспоминания о всем том хорошем и светлом, что было в русском народе, включая память о крепостном праве. Восстановить историческую правду - наша задача", - сообщил режиссер… "Я очень рад, что Путин сейчас возрождает нашу историческую память, - сказал режиссер. Закон о прописке - это именно то, чего не хватает нашему народу, который оторван от корней, от земли"
      Михалков напомнил о выдающейся духовности русских крестьян, особо подчеркнув любовь русского человека к «твердой руке»: "С подачи большевиков сейчас в России думают, что крепостное право было чем-то вроде североамериканского рабства. Но это были отнюдь не отношения раба и хозяина, а сыновей и отца. Многие крестьяне не хотели никакой «свободы». Да, иногда помещик порол крестьянина; так и отец же порет свое непослушное чадо". Режиссер поведал также об истинной сути крепостного права и его значении для народа: "Ведь что такое было крепостное право? Крепостное право - это патриотизм, закрепленный на бумаге. Человек был связан со своей землей-матушкой не только чувством долга, но и документально. Крепостное право - это мудрость народа, это четыреста лет нашей истории. И теперь, когда мне предлагают вычеркнуть эти четыреста лет из нашей истории вычеркнуть, я говорю «Братцы, так вы что же думаете, наши предки дураками были ".
      Ну а чтобы не было сомнений в том, какую роль оставляет при этом плакальщик по крепостному праву за собой, посмотрим его официальный сайт[3]. Под замечательным заголовком "У каждого барина должно быть поместье" читаем: Многие называют Никиту Сергеевича Михалкова барином, и не всегда ему нравится интонация, с которой это произносится. Но можно взглянуть на это и с другой стороны – барином быть хорошо, это по-русски, это здорово. Так решил и губернатор Позгалев, и на ближайшие 50 лет предоставил Никите Михалкову во владение 140 000 га лесных массивов, лугов, полей и пашен, расположенных в Вологодской области. Сказать, что обладать таким участком, пусть в аренду, на время, Никита Михалков счастлив. Всем известно, что режиссер является заядлым охотником, и теперь у него появилось собственное охотничье угодье. Егеря и рабочие уважают и ценят Михалкова, считая его «вот таким мужиком!», которому не наплевать на Россию, и верят, что именно он поможет возрождению страны.
      Точно так же, только скромнее, чувствуют себя и все остальные заслуженные деятели киноискусства, сами собой принуждённые врать в большом и малом, в быту на каждом шагу. Понимая, что это барство целиком и полностью основано на поддержке буржуазного курса, они не могут позволить себе ни слова правды, а зрители, не находящие никакого душевного отзвука в постсоветских лентах, остаются наедине с пустотой, и советской киноклассикой.      
      Третьего дня посмотрел художественный фильм Сталинград. Поклонником творчества Фёдора Бондарчука не являюсь, ни одного хорошего фильма за его авторством не видел. Однако фильм Сталинград — это очередной мега-блокбастер, очередная веха в истории отечественного кино и очередной «кандидат» на оскара. В общем, надо хотя бы понимать, о чём люди говорят. <…> Советские войска готовятся форсировать Волгу. Само собой, осеняя себя крестными знамениями – авторы фильма отважно показывают правду: войну победили не коммунисты-безбожники, не подонки-атеисты, а строго верующие. На берегу Волги стоят цистерны с керосином, и наступающие русские об этом знают. Но, конечно, у тупых совков не хватает ума подорвать ёмкости, поэтому их подрывают немцы, сжигая наступающих заживо. Что это – вопиющая дурость командования? Нет, просто надо было снять как горящие солдаты бегут в атаку. Сняли. Стало не совсем понятно, зачем крестились и как так получилось, что верующих русских сожгли верующие в того же бога немцы, но авторы так видят. <…> Как говорили в советской смешной телепередаче – о чём этот фильм? Да ни о чём. Он про красивую картинку, без какой бы то ни было попытки смыслового наполнения. Показана сталинградская битва? Нет. Показан подвиг наших бойцов? Нет. А что показано? Показаны невнятные диалоги и хороводы вокруг девушки Кати. Ну, назвали бы фильм «Они сражались за Катю» — получилось бы честнее, что ли.
      Конечно, в прогрессивном и современном фильме немецкие оккупанты – тоже люди. Это мечта всех капиталистных идиотов – чтобы немцев показали тоже людьми. Ну и что, что эти немцы напали на нашу страну убили 27 миллионов наших соотечественников? С точки зрения идиота эти немцы ничем не хуже русских, сражавшихся за Родину, за свои семьи, за жизнь – в конце концов. Давайте уравняем агрессора и защитника, убийцу и жертву. Давайте забудем о геноциде и задумаемся о том, что убийцы оставили дома пап и мам, детишек, собачек. Забудьте о своих убитых, приобщитесь к европейским ценностям.[4]
      Или возьмём другой пример, «Исаев» — 16-серийный телевизионный художественный фильм Серёжки Урсуляка. В основу сюжета положены три произведения Юлиана Семёнова из цикла о разведчике Максиме Максимовиче Исаеве: романы «Бриллианты для диктатуры пролетариата», «Пароль не нужен» и рассказ «Нежность». Премьерный телевизионный показ — с 11 по 29 октября 2009 года на телеканале «Россия» сопровождался анонсом «Юность Штирлица». Тут, прежде всего, в глаза и уши бросается название фильма, которым создатели хотели привлечь зрителя. Так безыскусно называют детские фильмы «Супермен», «Человек-паук», «Человек-глиста», «Человек-клоп». Далее, первый кадр фильма снятого по произведениям коммуниста-атеиста Семёнова, естественно, купола торгующего чудесами поповского магазина. Почти в каждом кадре кто-нибудь суетливо крестится три раза. На допрос к красным везут трёх благородных Дартаньянов, - захваченных в плен белых офицеров, - честно и благородно воюющих против рабочих и крестьян на деньги буржуазной Антанты, - Англии, Франции, США, и других капиталистических стран. Цель у них, не лишним будет повторить, - благородная, - возвращение себе поместий, заводов, газет, пароходов, и принуждение рабочих с крестьянами к обслуживанию их. На допросе их естественно бьют, а они благородно молчат. Это ничего, что у Семёнова в произведениях по которым снимается фильм, садистами и убийцами выводятся белые; какая разница где историческая правда для наших кинематографических говноделов?      
      Один из белых офицеров защищается, и за это всех выводят на немедленный расстрел. У бревенчатой стены на санях стоит пулемёт, под который ставят наших Дартаньянов. Зритель понимает, что, либо пьяные красные обладали телепатическими способностями, и знали заранее о появлении Дартаньянов, либо они каждый день расстреливают тут Дартаньянов. Но случается случайность, камера показывает главного красного убийцу возле пулемёта, а в следующий момент тот офицер, что его бил, оказывается в седле на лихом коне, и десяток бойцов красной армии, плюс пулемётчик, ну никак не могут попасть в него с трёх метров, воспользовавшись чем тот спасает себе жизнь бегством. Далее голос за кадром сообщает нам, что поскольку в России голод, многие враги советской власти решают прекратить на время борьбу против неё до нормализации продовольственной ситуации. Серёга Урсуляк даёт нам понять мотивы, по которым Исаев-Штирлиц решил пока свернуть свою антисоветскую деятельность.
      Следующий эпизод разворачивается в московском кинотеатре. Во время демонстрации фильма, в темноте, один из красных садистов из первой сцены узнаёт затылок беглого офицера. Он узнал бы его с завязанными глазами среди тысяч других затылков. Почувствовав затылком опасность, офицер уезжает на трамвае, а красный садист бежит к Дзержинскому требовать роту пулемётчиков на мотоциклетах. В комнату на «Лубянке» входит беглый белый офицер. Серёга Урсуляк объясняет нам тем самым политическую ориентацию будущего Штирлица, ибо это был, несомненно он, молодой Исаев.
      На допросах красные колотят подследственных рукоятками наганов под вывеской трёх произведения Юлиана Семёнова из цикла о разведчике Максиме Максимовиче Исаеве: романы «Бриллианты для диктатуры пролетариата», «Пароль не нужен» и рассказа «Нежность». Бегущий из «совдепии» писатель лезет в вагоне к каждому встречному-поперечному с политическими разговорами а-ля «что ж вы сделали с Российской империей своей быдлячей революцией», и «грядут сталинские репрессии»!? Благородный уголовник граф Воронцов в исполнении Михаила Пореченкова, в реальной жизни набивающийся барину Мыките Нахалкову в зятья ухаживаниями за его дурнушкой Анной, грустит о преданности своего егеря. Тяжело ему, без благородных имений, заводов, газет, пароходов, но он продолжает за них бескорыстную борьбу. Преданный барину егерь лично выколол глаза всем арабским скакунам Воронцова, потому что все они, рабочие и крестьяне, по мнению Сергана Урсуляка звери и сволочи. И на их стороне благородный Штирлиц только из-за голода, а фильма снимается по произведениям коммуниста-атеиста Юлиана Семёнова.
      Но есть и хорошие новости. Создатели фильма не сильно напрягались с достоверностью, оставляли в кадре камеры наружного наблюдения, современные пластиковые водосточные трубы, окна, в мгновение ока забрасывали персонажей в сёдла, в общем, просто пытались отчитаться о растаскивании выделенных из бюджета миллионов. Трудно представить, чтобы это творение Урсуляка кто-то стал пересматривать даже где-нибудь на полярной станции, ибо с таким же успехом можно назвать кинорассказ о внезапном беспричинном нападении войск Российской империи в 1812 году на Францию, сжигании русскими Парижа, разграблении французских крестьян князем Болконским, фильмом, снятым по роману Льва Николаевича Толстого «Война и мир». Если Урсуляк ставил себе целью навсегда высмеять так называемую героику белого движения, клевету на советскую власть, то он, безусловно, её достиг. Федя даже заткнул за пояс мэтра, Мыкиту Сергеевича Нахалкова, у которого Сталин по всем фронтам разыскивает комдива Котова, ибо только он один может взять при помощи черенков от лопат фашистскую цитадель.
      Однако бредовый сценарий лишь часть общей кинематографической катастрофы; есть ещё чудовищная актёрская игра и отвратительная режиссура. В советских фильмах любой эпизод тщательно прорабатывался сначала актёром перед зеркалом, а потом режиссёром на съёмочной площадке. Например, известный советский актёр Игорь Дмитриев, сыгравший эпизодическую роль инспектора Грегсона в «Приключениях Шерлока Холмса и доктора Ватсона», рассказывал, как готовился к роли. Ему захотелось внести в третьестепенного персонажа некую изюминку, он придумал что Грегсон должен хромать, и для тренировки несколько дней ходил в ботинках, один каблук которого был заметно выше другого. Всего пять минут экранного времени, но это время становится вечностью в золотом фонде человеческих достижений театрального искусства. Теперь же режиссёр предлагает актёрам просто проговорить свою роль на камеру, «сыграть самого себя», и во всех воплощениях мы видим одного и того же Евгения Миронова, или Хабенского.
      Подытожим наше маленькое исследование буквальным сравнением советской и голливудской этики и эстетики на примере мультфильмов. В буржуазном мультфильме «Том и Джерри» практически всё экранное время мышонок бьёт кота Тома молотком, прижигает утюгом, взрывает у него во рту тротиловые шашки, выбивает зубы, одним словом истязает и убивает. В советском же мультфильме о тех же персонажах мыши постоянно хотят нашкодить, но кот, будучи сильнее, постоянно просить их жить дружно. Так детей буржуазного общества готовят к нормальному восприятию тайных тюрем ЦРУ по всему миру, пыточному следствию без судов и адвокатов длящемуся десятилетиями.   

Поливанов О.И.
                    


Ссылки:
[1] http://rotfront.su
[2] Крепостное право - это мудрость народа и патриотизм
[3] http://www.nmihalkov.ru
[4] http://kino.oper.ru/news/read.php?t=1051612810